ВОЗРОЖДЕНИЕ НОВОГОДНЕЙ ЁЛКИ

Первая ёлка в школе появилась у нас при встрече 1938 года. Мы были шестиклассниками. Ёлка была для нас новинкой. До этого мы Новый год не встречали. Он приходил к нам и уходил незаметно.

А на следующий год мы «из ёлки уже выросли», так как с 7-го класса уже бал-маскарад.
Со следующего 39 года кое-кто стал устраивать ёлки дома. Но это тоже было редкостью.

До военных лет оставалось три года. За это время я побывала на ёлках у подружек: у Жени Климовой – дважды, у Зины Фалалеевой, у Оли Коведяевой.

Женя и Зина – подружки из «ватаги», о которой я писала. Их матери знали всю нашу семью, т.к. мы жили когда-то рядом и с переездом дружбу не порывали.
С братом Зины Толькой мы учились в одном классе. Ёлка у Зины была шикарная, с зажженными свечками в маленьких подсвечниках, приколотых к веткам.

У Оли Коведяевой ёлку устраивали для сестрёнки Нади, пятиклассницы, и её друзей. Меня Оля позвала как близкую подружку, хотя учились мы уже в 9 классе.

Когда мы с ёлки расходились, то к Ирине Фёдоровне стали собираться учителя. Все из нашей школы, знакомые и неузнаваемые, нарядные, весёлые, простые

Лёлька шепнула мне, что у них они будут встречать Новый год. Олю и Надю увела к своим детям соседка-учительница.

ШКОЛЬНЫЕ БАЛЫ-МАСКАРАДЫ

Они тоже, как и ёлки, являлись в школе нововведением, поэтому наряжались очень многие. Зрителей-старшеклассников было очень мало, зато родителей было полно, они заполняли зал и коридор.

Костюмы выполнялись на персонажей сказок: «Кот в сапогах», «Красная шапочка», «Снегурочка» и др. Изображали литературных героев: Беликов («Кабы чего не вышло» – «Человек в футляре» А.П.Чехова), «Катерина и Кабаниха» из «Грозы» и т.д. Костюмы национальные и политические: «битый самурай» к событиям в Халкин-Голе, «испанка-воин» – к войне в Испании и т.д. Костюмы были интересны, выполнены со знанием и юмором.

В конце регистрации масок в отдельном классе, по всей школе звучал марш. Все маски шли в зал. Там уже командовала группа клоунов. Бал начинался вальсом.
На танцующих летели разноцветные ленты серпантина и мелкий «дождь» конфетти, рассеивались мелкие блёстки, которые оседали на волосах, на плечах, костюмах и поблёскивали на свету, как снег в морозный день. Незабываемая атмосфера праздника!

Под конец начинался смотр масок составом жюри из учителей, «гостя» из райкома и учеников. Маски не спеша ходили по кругу под музыку. Затем шла «защита» костюма. Это или инсценировка, или монолог, или песня, или пляска, или какое-то действо, чтобы зритель понял, что ты изображаешь. Это самое интересное во всём вечере. После идёт награждение за лучший костюм и его защиту.

В 7 классе мы с подружкой Тамарой Линьковой наряжались индейцами, плясали какой-то дикий танец и выстрелили из луков в потолок. Получили приз – по коробке конфет. Оля наряжалась Бэлой по Лермонтову и тоже получила конфеты.

В 9 классе опять с Тамарой изготовили костюмы на произведение Фонвизина «Недоросль». Я была Митрофанушкой, а Тамара матерью-Простаковой. Образец костюма нам нашла зав. районной библиотеки, а Тамарина мать вынула из своих сундуков всё, что было нужно. Для меня нашлись туфли на каблуках и с огромной пряжкой, из её бархатной кофты получился мне кафтан, нашлось кружевное жабо, сшили узкие панталоны, закрывающие только коленки. Ну, Тамарин костюм было подобрать проще: и кашемировая шаль на плечи, и кружевной чепчик с лентами – всё нашлось у Анны Исидоровны.

Мы разыграли сценку, которая заканчивалась словами Митрофана: «Не хочу учиться, а хочу жениться!»
Нам хорошо хлопали и наградили: Тамару – ридикюлем, меня – батистом белым на блузку, 2 метра.

Оля и ещё две девочки из нашего класса изображали группу: Красная Шапочка – Оля, бабушка – Сюра и волк – Кира. У Оли дома была выделанная шкура волка с разинутой пастью и блестящими глазами. Кира в сером трико, худенькая, высоконькая, накинула эту шкуру. Получилась иллюзия волчьей фигуры. Ходили они всюду втроём. Красная Шапочка подхватила бабушку, а сзади, держась за их плечи, шёл волк. Получился всем понятный «комплект».
Они заняли призовое место.

НОВЫЙ ГОД – КОСМОНАВТ

Листая альбом со старыми фотографиями, я очень кстати наткнулся на пожелтевшее новогоднее фото, сделанное 60 лет тому назад – в канун 1965 года. Это было время стремительного рывка человека в космос - имена первых космонавтов были у всех на устах, считанные дни оставались до выхода человека в открытый космос…

Всеобщий «космический» энтузиазм находил своё отражение в музыке, литературе, живописи и даже в новогодних открытках, на которых Дед Мороз мчал на ракете, а Новый Год представлялся космонавтом в скафандре…

Я не помню, почему именно мне на школьной ёлке была поручена роль Нового года, но то, что он должен предстать в образе космонавта, было совершенно очевидно всем.

Возможности раздобыть настоящий космический шлем у нас не было, и мой отец взялся сконструировать его из подручных средств – из картона и бумаги, ведь недаром родители назвали его Гением! Вооружившись трёхтомным «Справочником машиностроителя» и логарифмической линейкой, он рассчитал размеры, а потом начертил шаблон плоских сегментов, из которых мы вместе сделали шарообразный картонный шлем, оклеенный бумагой.

Как и положено, на шлеме красной гуашью были выведены буквы «СССР». На роль скафандра был назначен тёмный лыжный костюм, а на оплечье, которое снизу примыкало к шлему красовались цифры «1965» - в этом облачении отец сфотографировал меня у домашней новогодней ёлки.

Моё появление в «космическом» новогоднем наряде на школьной ёлке произвело такой фурор, что после зимних каникул в течение нескольких уроков труда мы все под руководством учительницы Марии Васильевны делали картонные шлемы по отцовскому шаблону и придуманной им технологии. Через месяц весь наш 4 класс «Б» стал похож на отряд космонавтов – на удивление всей школе!